В последние годы, когда обанкротились сотни банков, вырос и масштаб злоупотреблений. Словарь юридических жаргонизмов пополнился «разбивщиками», «дробильщиками» и «переводильщиками». Если вы заподозрили, что у банка вот-вот отзовут лицензию, то первое ваше желание – вернуть свои деньги. Пусть даже и не совсем легальным путем. И тут вам может поступить заманчивое предложение, воспользовавшись которым вы можете оказаться как «на коне» (то есть с деньгами и незапятнанной репутацией), так и лишиться всего этого.
Что зачастую происходит в банках (и «вокруг» них) накануне банкротства? Деловая суматоха. Вкладчики пытаются любыми способами спасти свои деньги, акционеры банка раздувают долги с целью включить их в реестр кредиторов. В этих схемах им помогает персонал, который регистрирует фиктивные вклады после запрета Центробанка или проводит многомиллионные переводы без документов. Выдача денег оформляется задним числом, еще до того, как появились признаки неплатежеспособности банка. Чаще всего клиенты снимают средства со вкладов, которыми могут, в частности, гасить свои же кредиты в этом банке.
Также нередки случаи, когда аффилированные с должником лица пытаются создать искусственную кредиторскую задолженность перед процедурой несостоятельности. Встречается и дробление вкладов. Судебная практика раньше проходилась катком по подозрительным требованиям . Когда появлялась так называемая «скрытая картотека» (неформальный реестр невыполненных требований), хватало одного неисполненного платежного поручения, чтобы суд признал неплатежеспособность банка с этого дня. Все деньги в нем «обнулялись». Такая практика достигла пика несколько лет назад. Она оказалась удобной для Агентства по страхованию вкладов (АСВ), потому что упростила ему доказывание. Но этот подход совсем не учитывал осведомленность и добросовестность клиентов. Сейчас суды отходят от такого «абстрактного» правоприменения. Это видно на примере двух споров, где Верховный суд подробно разобрал конкретные обстоятельства и доказательства.