Многие номинальные руководители компаний уверены, что им нечего бояться, раз они не управляли бизнесом и не принимали важных решений. Но это не так, и формального главу фирмы-банкрота могут заставить отвечать по ее долгам. Полностью избежать ответственности не получится, даже если он поможет найти «теневого бенефициара» и его имущество.
Рассмотрим одно из дел, которое, в совокупности с другими подобными, по всей видимости, установит вектор судебной практики. Итак, в 2016 году суд привлек к субсидиарной ответственности на 43 млн рублей гендиректора фирмы Николая К., который не передал управляющему Андрею Л. документы организации. А через некоторое время фактического руководителя этой и других компаний Дмитрия Б. осудили за мошенничество - он похитил 122 млн рублей у граждан и банков под видом займов на развитие бизнеса, но не собирался возвращать эти деньги. Действовал через фирмы, открытые на других лиц. В итоге суд приговорил Дмитрия Б. к восьми годам лишения свободы и обязал компенсировать потерпевшим 46 млн рублей.
«Слил» всех – не помогло
Фирма, о которой идет речь, была одной из доброго десятка организаций, находящихся под контролем преступника. Учредителем и директором числился Николай К., который не горел желанием выплачивать 43 млн рублей по чужим долгам. Дождавшись приговора Дмитрию Б., он добился пересмотра арбитражного спора по новым обстоятельствам. Две инстанции освободили Николая К. от ответственности, опираясь на факты из уголовного дела. В нем было установлено, что именно осужденный довел компанию до банкротства. Документация фирмы была также у настоящего хозяина бизнеса, а значит, наказывать «номинала» за ее непередачу нельзя, пришли к выводу два суда. Николаю К. удалось убедить судей в том, что он не знал о мошенничествах и лишь выполнял указания фактического руководителя. Также суды приняли во внимание, что он помог выявить виновное лицо и раскрыл недоступную другим информацию. Это уменьшает ответственность номинального руководителя согласно пункту 6 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 21.12.2017 № 53. К тому же, с компании в любом случае нечего было взять – активов за ней не числилось.