«Карательная» норма законодательства, применяемая должным образом к кому следует, вызывает уважение и священный трепет. И действительно отбивает желание что-либо нарушать. Но та же самая норма, применяемая огульно к кому-попало, вселяет ужас и неуверенность в завтрашнем дне. Именно такие метаморфозы произошли в последнее время с методикой субсидиарной ответственности, превратившейся из меры предотвращения нарушений в бездонный источник пополнения бюджета.
О возможностях взыскания налоговых долгов компании с ее руководства в рамках дел о банкротстве сейчас говорят и пишут очень много. И поводы для этого действительно есть: во-первых, регулярные изменения законодательства о банкротстве, которые делают механизм взыскания все более эффективным. Во-вторых, тенденции практики, в соответствии с которыми количество дел о привлечении руководителей к субсидиарной ответственности по налоговым долгам компании растет в геометрической прогрессии. Одна бухгалтер-пенсионер Ахмадеева, которой посочувствуем и мы, но чуть-чуть позже, чего стоит…
Но все дело в том, что банкротство – не единственный механизм, позволяющий взыскать долги компании с ее руководства. Налоговые органы все чаще пользуются нормами статьи 1064 Гражданского кодекса РФ об ответственности за причинение вреда. При «запараллеливании» ее постулатов со статьей 199 Уголовного кодекса РФ – «Уклонение от уплаты налогов организацей» эффект получается потрясающий.