Разделение бизнеса на несколько структурных единиц может преследовать разные, вполне законные цели. Например, отделение торговли от производства, опта от розницы, повышения эффективности управления персоналом и бизнес-процессами. И, как следствие, повышение доходности. Это поминают налоговики многих стран. Наши, скорее всего, тоже, однако понимание это стараются не афишировать. Сказано, «схема» - значит «схема».
В письме от 11.08.2017 №СА-4-7/15895@ ФНС России привела обзор судебной практики по такого рода спорам и обозначила для региональных управлений основные признаки, по которым инспекциям надлежит выявлять схемы недобросовестного дробления бизнеса для снижения налоговой нагрузки.
На применение схемы могут указывать, например, то, что бизнес был разделен между несколькими юрлицами на спецрежимах, чтобы основной участник мог не уплачивать налоги на добавленную стоимость, на прибыль и на имущество. Другой пример – аффилированные компании заняты аналогичными видами деятельности, несут расходы друг за друга или обмениваются кадрами без изменения должностных обязанностей работников.
Исчерпывающего списка таких признаков нет, признает ФНС, ссылаясь на недавнее решение Конституционного суда РФ от 04.07.2017 № 1440-О (см. «ПБ» № 9, сентябрь), где судьи отказались рассматривать жалобу бывшего руководителя ООО. При этом в особом мнении судья Константин Арановский обратил внимание на то, что взаимозависимость участников сделки сама по себе не дает оснований к признанию налоговой выгоды необоснованной, формальное дробление бизнеса не опровергает добросовестность налогоплательщика, а семейное предпринимательство нередко ведут в нескольких организационных формах. Однако в письме своем его авторы отразили лишь официальную часть определения, которой налогоплательщику было отказано, поскольку оценка налоговой выгоды не входит в компетенцию Конституционного суда РФ. Авторы письма на всякий случай привели из определения лишь общие фразы о том, что право налогоплательщика на выбор своей налоговой политики, в том числе спецрежима, не должно использоваться для неправомерного сокращения налоговых поступлений в бюджет в результате злоупотребления налогоплательщиками своими правомочиями.